Рим должен пасть - Страница 8


К оглавлению

8

Валентиныч наклонился к Федору и прошептал заговорщицки:

— А в прошлом месяце он в Крым поехал свои курганы копать. Так его там местные татары чуть самого не закопали. Говорил, что влез в могильник какого-то царька, так они возмутились. Живой вернулся, и то ладно.

За окном уже стемнело, когда Леха, наконец, рассказал сильно захмелевшему отцу об инциденте с горцами. Тот даже крякнул от такого поворота событий. На кухне, пропитанной водочными парами и ароматом разносолов, повисла тревожная тишина.

— Хорошо, что мать уже спать пошла, — высказался отец, — я же там был часом позже. Видел, что случилось.

— И что? — не выдержал Леха, подавшись вперед.

Валентиныч помолчал, потом налил себе еще водки.

— Грохнули вы одного, вот что, — процедил он сквозь зубы.

— Которого? — не унимался Леха.

Валентиныч выпил, закусил огурчиком.

— Труп из машины вытаскивали.

Леха с Федором переглянулись. Но сержанту показалось, что на лице бывшего рядового не было и тени раскаяния.

— Я когда из автобуса вышел, — продолжал Валентиныч, — там уже толпа собралась. Скорая, менты. До сих пор поди копошатся. Одного из этих айзеров подняли аж из сухого русла. Вы ему все ребра переломали и ногу. Еще двое еле двигались. За что же вы их?

Оба морпеха, давно сидевшие за столом в тельняшках, скинув кителя, еще не успели ничего сказать, как он сам заговорил дальше.

— Хотя, давно пора было их приструнить. Этот Вагит совсем оборзел. Уже среди бела дня прохода не давал добрым людям.

— А кто это, Вагит? — спросил Федор.

— Да местный бандит, — ответил Валентиныч, — а папаша его — местный депутат. Такие дела, говорят, проворачивает за казенный счет. И когда только на таких управу найдут. Разворовали страну, сволочи. В общем, у них здесь все схвачено. Так что, ребята, наломали вы дров. Нечего сказать.

Леха встал, достал из кителя пачку сигарет и, сделав несколько шагов из тесной кухни, оказался на балконе. Зажег сигарету, затянулся. Провел рукой по волосам. Федор тоже вышел, но больше для того, чтобы свежим воздухом подышать и осмотреться. С балкона пятого этажа выходившей на набережную квартиры была отлично видна площадь перед мостом, рынок и чуть в стороне тот самый «Маркет», где все и произошло. Сейчас место было огорожено красной ленточкой. «Мерседес» остался на месте. Рядом пристроился милицейский «УАЗик» с мигалкой, неподалеку копошились криминалисты.

— Как ты думаешь, — произнес Федор, — сколько времени пройдет прежде, чем за нами менты придут? Выспаться хоть успеем?

Леха молчал, только сильнее стал затягиваться.

— Я с этой сволочью все равно мириться не буду, — процедил он, наконец. — Чтобы они у меня в районе свои порядки наводили? Ни хрена.

— И что? — уточнил Федор. — Пойдешь в робингуды, пока всех не перебьешь? Или в милицию?

— Ты умный, — огрызнулся Леха, — ты и придумай. А я когда вижу эти наглые рожи, сразу в драку тянет.

— Это я давно заметил, — проговорил Федор, разглядывая копошение на месте недавней битвы. — Вот что, солдат, я думаю. Может, кто из прохожих нас и заметил, но ведь надо еще доказать, что это были именно мы. А если доведется опять с айзерами пересечься — уйдем в отказ. Первый раз видим, что бы ни говорили. Мало ли в городе морпехов шляется. Других идей у меня пока нет. Вычислят нас все равно, но если мы себе обеспечим, так сказать, алиби, то шанс у нас есть. Где, ты говоришь, стоит твоя лодка?

От удивления Леха даже выкинул недокуренную сигарету вниз. Окурок прочертил ночной воздух маленьким метеором и разбился об асфальт, распавшись на искорки.

— Батя, — обернулся он к отцу, — наша посудина в порядке?

— А то как же! — вскинулся Валентиныч. — В гараже стоит. Только позавчера в море ходил, да мотор хотел потом перебрать, но не успел. Барахлит немного. Зачем тебе?

— Да дело в том, что мы с вашим сыном, Владимир Валентинович, — ответил за друга Федор, — собирались на морскую рыбалку сходить. Так давно мечтали, что как с поезда сошли, так сразу на берег и отправились. У вас ведь гараж где-то на берегу?

— Ну да, — не понял намека захмелевший Валентиныч. — Аккурат слева от порта. Не доходя до городского пляжа — причал. Там у нас рыбаки с яхтами да катерами кучкуются. Правда, отец Вагита давно хочет его прихватизировать, но пока руки еще не дошли.

— Так у вас яхта? — переспросил Федор.

— Да какая это яхта? — услышал он в ответ, сквозь звуки льющейся в стакан водки. — Так, одни слезы. Шаланда, но парус и мотор имеются. В море на катрана сходить можно. Слыхал про такого?

— Слыхал, — кивнул Федор.

— Правда, недалеко, — добавил Валентиныч, опрокидывая в себя водку привычным движением. — Все ж таки не крейсер.

— Да нам далеко и не надо, — кивнул Федор, возвращаясь с балкона обратно за стол. — Денек в море проболтаться, а вечером назад.

Сержант резко нагнулся вперед и произнес, отчетливо выговаривая слова.

— А нас вы, Владимир Валентинович, еще в глаза не видели. Ясно? А если соседи нас заприметили — примерещилось.

— А-а-а-а… — наконец сообразил хозяин. — Молодец парень.

Валентиныч налил сержанту стопку, а себе привычную дозу, стакан.

— Так оно лучше. Может и вывернешься. А заодно и моего охламона вытянешь из этого дерьма. А иначе… не знаю, чего с ним будет… если найдут.

— Ключи где? — перешел к делу Федор.

— В шкафчике, — махнул рукой захмелевший Валентиныч. — Леха знает…

И помолчав, добавил, глядя на сидевшего напротив сына.

8